Аргентинский штык к винтовке Маузер.

Отличное коллекционное состояние. Гарантированно подлинный.

С фабричными клеймами на клинке.Штык был принят на вооружение в 1909 году и пришел на смену штыкумодели 1891 года.

Все штыки произведенные в Германии (170 000) былипроизведены фирмой "Weyersberg, Kirschbaum & Cie" из городаЗолинген. Штыки производились также и в Аргентине.

Штык применялся свинтовкой FMA (Fusil Mauser Argentino) Modele 1909, которая представляласобой копию немецкой винтовки системы Маузера обр. 1898 года.

В отличииот первой модели, крепившейся только на винтовку образца 1909-го года,вторая модель была унифицирована со штыком образца 1891-го годапосредством увеличения расстояние между кольцом в крестовине и спинкойрукояти штыка.

С принятием на вооружение штыка второй модели на винтовкиобразца 1909-года стали устанавливать переходники, позволяющиекрепить к ним как штыки образца 1909-го, так и 1891-го года. Клинокштыка однолезвийный, с долом с обеих сторон. Рукоять образована двумядеревянными щечками, скреплёнными с хвостовиком двумя заклёпками.Отверстие для чистки шомпола прямоугольное, расположено в щечкахрукояти, рядом с крестовиной. В головке рукояти Т-образный паз ипружинная защёлка с внутренним расположением спиральной пружины.Крестовина с загнутым вперёд концом оканчивающимся шариком и кольцом дляствола со стороны обуха клинка. Ножны стальные с овальным шпеньком ишариком на конце. Маркировка штыка состоит из герба Аргентины и надписи:«Modelo Argentino 1909» на пяте клинка. На второй стороне пяты клинка -название фирмы-изготовителя. В отличии от модели образца 1891 года, надостаточно большой части из осмотренных штыков герб Аргентины сохранилсяпосле снятия штыков с вооружения. На спинке клинка обычно имеется штампв виде заглавной буквы "А". На крестовине и рядом с устьем на ножнахвыбит номер штыка состоящий из одной заглавной буквы латинского алфавитаи четырёх цифр. На штыке и ножнах присутствуют многочисленные штампыприёмки.

• Общая длина: 525 мм
• Длина клинка: 400 мм
• Ширина клинка: 25 мм
• Внутренний диаметр кольца в крестовине: 15.5 мм
  
  
  В 1891 г. фирмой «Людвиг Лёве и Ко» начинается выпуск 7,65 мм винтовок Маузер для Аргентины От «бельгийских» их отличает замена трубы-кожуха деревянной ствольной накладкой. (Фирма "Людвиг Лёве и Ко", прародительница "Парабеллума" основана братьями Лёве в середине XIX столетия. Руководил ей старший брат Людвиг Лёве. С 1886 года, после его смерти, бразды правления принял младший брат Исидор, который создал совместное предприятие с фирмой "Маузер АГ".)
  По условиям контракта от 25 февраля 1890 года «Людвиг Лёве и Ко.» кроме винтовок собственного производства должна была так же поставлять и штыки. Сама фирма штыков не производила и поэтому данный заказ выполняли подрядчики. Однако в 1891 году Аргентинская Комиссия по вооружению приняла решение, как более отвечающее ее интересам, освободить «Лёве» от обязательств по данному пункту контракта и приобретать штыки напрямую у производителей. Комиссия сочла, что таким образом она сможет лучше контролировать качество, снизить стоимость изделий, и после переговоров, в июле 1891 года, штыки были исключены из контракта без особенного сопротивления со стороны «Лёве», несмотря на то, что это означало для фирмы потерю существенной суммы.
  После этого взоры аргентинцев устремились во Францию. Это были арсеналы «Сент-Этьен» и «Шательро». Французы назначили цену между 10 и 12 франками за изделие, что составляло почти вдвое выше, чем цена немецких поставщиков. Предприятия могли осуществить быструю поставку – в течение 2-3 месяцев – при условии наличия необходимых разрешений от французского правительства. Этот вариант нравился военному министру Аргентины - Пасу, поскольку деловые контакты с французскими компаниями поощрялись официальным Буэнос-Айресом.
  Узнав, что их цены не устраивают аргентинцев, французы не стали заморачиваться на этом и предложили купить у них партию штыков Шасспо по 0,30 франков каждый, которые, по их утверждению, могут быть адаптированы во Франции к винтовкам Маузера, приобретенными Аргентиной.Паса это устраивало, и он написал об этом Пабло Риччери (председатель комиссии по вооружению). Ответ Риччери был короток и резок:«Ваше Превосходительство, штыки Шасспо, о которых Вы пишете, годятся на то, чтобы висеть на стенах музеев или раздаваться в качестве сувениров, но не на то, чтобы серьезно рассматриваться нашими вооруженными силами как оружие».В тоже самое время Риччери вел переговоры с «Weyersberg» и другими компаниями, объясняя необходимость ускоренного производства штыков решением Аргентинского правительства, а также возможными неустойками по контракту с «Лёве», вызванными задержкой приемки оружия из-за позднего получения штыков.
  В самом деле, Риччери был в ярости. Дело было не только в устаревших штыках Шасспо, но и в несуразной схеме поставки, включавшей подгонку штыков к винтовкам во Франции или Германии и таким образом, перевозку оружия из Германии во Францию, либо обратно. Пас настаивал, он требовал обоснования, но военные уже сделали выбор…Сам запрос обоснования датирован январем 1891 года и 5 марта того же года был получен ответ, который был первым гвоздем вбитым в гроб переговоров с Францией.Вывод гласил что:«…переделка штыка Шасспо потребует либо изменения конструкции винтовки (чьи компоненты уже производились: несколько тысяч стволов, уже были закончены к тому времени), либо изготовления новых крестовин и рукояток для штыков. Первое невозможно. Второе вызовет значительную задержку, а также штрафы со стороны компании «Вайерсберг», которая уже вложила средства в производство».Кроме того, баллистика, усовершенствованная за счет меньших калибров и более мощного пороха, позволяла армиям воевать с больших дистанций, что, в свою очередь, сделало длинный и тяжелый штык Шасспо абсолютно непригодным к требованиям того времени. В результате Военное Министерство дало добро на приобретение штыков в Германии.В конкурсе за первый контракт участвовали несколько компаний, в том числе «Зауэр и сын» (Sauer & Sohn), «Шиллинг» (Schilling), «Симсон и Ко.» (Simson & Cie) и «Хэнель» (Haenel). Однако предложенные ими цены были выше, чем у компании «Вайерсберг», и никто из них не обладал производственными мощностями, чтобы выполнить контракт самостоятельно.